После «Яндекса» Сбер и VK: удары дошли до всех опор российского белого списка

Утром 18 октября 2026 года VK, компания за крупнейшей социальной сетью России, опубликовала заявление длиной в две фразы: на ЦОД VK в Ленинградской области совершена атака БПЛА, сервисы VK доступны пользователям в обычном режиме. Ни площадки, ни описания повреждений, ни слова о пострадавших. К этому моменту, по нашим собственным измерениям, почти половина адресных блоков петербургской сети VK перестала отвечать.

Это заявление замкнуло одиннадцатидневную последовательность, к которой в российской отрасли никто не готовился. С 8 по 11 октября дроны остановили три дата-центра «Яндекса», им посвящён наш первый разбор, с данными маршрутизации и юридической картой. В ночь на 14 октября они дошли до гигантского строящегося ЦОДа Сбера в Балакове. В ночь на 18 октября до VK. Пять дата-центров, три компании, одиннадцать дней.

В первой части мы доказывали, что удары не могут задеть машину блокировок, которая живёт в фильтрующих устройствах внутри сетей операторов, зато приходятся прямо по огороженному саду, белому списку отечественных сервисов, которым во время отключений мобильного интернета и ограничивается интернет большинства россиян. Два новых удара проверяют этот тезис на остальных владельцах белого списка. В этом материале: что именно поражено, что показывают наши измерения, какая часть белого списка держится на этих трёх компаниях и что стало с тем единственным обходным маршрутом, который прячется внутри их собственной инфраструктуры.

Что случилось с дата-центрами Сбера и VK?

Первым был удар по Балакову, в ночь с 13 на 14 октября. Целью оказалась не старая серверная, а флагманский региональный проект Сбера в Саратовской области: кампус на 122,2 млрд рублей, ещё строящийся, спроектированный в 2021 году под мощность до 82 МВт, не менее 3000 стоек и до 120 000 серверов; часть его уже работала, и именно здесь планировалось разместить крупнейший суперкомпьютер России. Первый зампред правления Сбера Александр Ведяхин подтвердил атаку и заявил, что все системы и все сервисы Сбербанка работают штатно; губернатор области сообщил о погибшей в городе женщине, не называя Сбер. Производитель дронов Fire Point взял удар на себя, с издёвкой написав, что Сбербанк «принимает эстафету» у «Яндекса». И впервые удар по дата-центру прямо подтвердил названный украинский чиновник: советник президента Дмитрий Литвин сказал, что дата-центр атаковали, «и успешно». По площадкам «Яндекса» Киев формально молчит до сих пор, а по VK к 18 октября ответственность не взял никто.

Удар по VK пришёлся четырьмя ночами позже. OSINT-проект ASTRA по видео очевидцев локализовал его в Новосергиевке, деревне на восточной границе Петербурга, где у VK с 2011 года работает собственный дата-центр, рядом с электроподстанцией «Восточная» на 330 кВ, по которой, судя по тем же видео, тоже пришёлся удар. Губернатор Ленинградской области отчитался о 135 сбитых дронах, четырёх госпитализированных после пожара в доме из-за падения обломков и примерно 20 000 жителей соседнего Янина без электричества. VK он не упомянул вовсе; VK не назвала площадку. В ту же ночь дроны подожгли «Петербургский нефтяной терминал» и на несколько часов закрыли Пулково, так что дата-центр был лишь одной целью из многих. Это стоит удержать в голове: перед нами не точечная операция против одного облака, а расширяющаяся кампания против зданий, в которых живёт российский внутренний интернет.

Правда ли сервисы VK работали «в обычном режиме»?

Крупнейшие сети VK устояли, так что формулировку можно защитить. Но для сети, ближайшей к удару, наши измерения показывают другое.

По данным активного зондирования IODA, число отвечающих адресных блоков петербургской сети VK упало примерно на 46% между 03:20 и 03:40 по Москве, в пределах часа от сообщённого начала атаки, и не восстановилось к девяти утра. NetBlocks оценил связность VK в 56% от обычной. Cloudflare Radar увидел от той же сети на четверть меньше трафика, чем в те же часы неделей раньше. «Сбой.рф» зафиксировал 918 жалоб против 571 днём ранее, с пиком с четырёх до шести утра и в основном из Петербурга: не отправлялись сообщения, не грузились медиа, не проходил вход. BGP-маршруты VK всё это время оставались анонсированными, спустя часы отсутствовал лишь один небольшой блок «Одноклассников». Читатели первой части узнают подпись: маршруты на месте, хосты молчат, ровно так выглядели удары по «Яндексу» и совсем не так выглядит намеренная цензура. Одна честная оговорка: в ту же ночь, по сообщениям, была поражена соседняя подстанция, а местный провайдер из того же района на час пропал целиком, поэтому по открытым данным нельзя отделить прямой ущерб от удара от окружающего отключения электричества.

Важно и то, какие сервисы стоят за потемневшей сетью. Наша собственная проверка публичных адресов VK 18 октября помещает в пострадавшую петербургскую сеть сам vk.com, VK Видео и «Сферум», школьную платформу, на которую переводят российские классы, тогда как MAX, государственный мессенджер, «Одноклассники», Mail.ru и «Дзен» выходят в сеть через московскую сеть VK, которая потерь не показала. Об отказах «Сферума» или MAX не сообщалось, и адрес входной точки не говорит, в каком здании стоят серверы. Но у компании, которой принадлежат единственный мессенджер из белого списка, обе социальные сети из него и школьная платформа, теперь горел дата-центр, а её собственное заявление об этом уместилось в 16 слов.

Где Yandex Cloud спустя неделю?

Там же, где был, и это тихая главная новость недели. По состоянию на 18 октября инцидент на странице статуса Yandex Cloud всё ещё открыт, выдача новых квот всё ещё заморожена, сроков восстановления компания всё ещё не называет. Все облачные сервисы в российских зонах сделаны бесплатными для текущих клиентов с 8 по 31 октября, а между вторым и третьим ударами компания переписала пользовательское соглашение, отнеся атаки дронов и ракет к форс-мажору. Потребительские приложения ожили за считаные дни; облако нет.

18 октября мы заново сняли измерения из первой части. Сеть Yandex Cloud отвечает со 118 блоков /24 против 519 до ударов, это на 77% ниже обычного уровня и плюс шесть блоков за неделю. Шумная перестройка маршрутов, начавшаяся за 16 часов до первого удара, закончилась 12 октября, проработав шесть дней и не совпав ни с одним публичным событием ни в начале, ни в конце. Единственное новое движение: 17 октября Yandex Cloud начал анонсировать свежий блок собственных адресов, зарегистрированный ещё в мае; восстановление это или переезд, по маршрутам не прочитать. Независимые оценки отводят на восстановление железа от полугода до нескольких лет.

Какая часть белого списка принадлежит этим трём компаниям?

Белый список, перечень сервисов, остающихся доступными при отрубленном мобильном интернете, никогда не публиковался одним официальным документом; Минцифры выпускает дополнения партиями и в апреле 2026 года говорило о более чем 500 наименованиях. Самая полная сводка СМИ называет около 175. Посчитайте позиции VK, «Яндекса» и Сбера, и получится 15, меньше 9%. Это число честное и полностью обманчивое одновременно.

Обманчивое, потому что две из этих позиций, «сервисы Яндекса» и «сервисы Mail.ru», зонтичные и покрывают десятки продуктов каждая. И потому что трём группам принадлежит всё, что делает огороженный сад похожим на интернет: обе социальные сети из списка, «ВКонтакте» и «Одноклассники»; единственный мессенджер из списка, MAX, примерно со 110 миллионами зарегистрированных пользователей; доминирующие поиск, почта и карты; главное такси; потребительские бренды Сбера от «Мегамаркета» до «Самоката» и «Домклика». Уберите эти 15 позиций, и белый список останется в основном из государственных порталов, сайтов банков, страниц самих операторов и телеканалов и двух десятков приложений для глюкометров. Запасной интернет государства функционально состоит из трёх корпораций.

Две детали делают картину резче. Первая: само банковское приложение Сбербанка не значится ни в одной опубликованной партии белого списка; в начале 2026 года СМИ писали, что ФСБ не пускала в список банки, не установившие требуемое оборудование, и весну Центробанк провёл в просьбах добавить все лицензированные банки. Вторая: сервисы из белого списка во время ударов действительно отказывали. «Яндекс Такси» падало по всей стране; трекеры жалоб фиксировали проблемы у РЖД, «МегаФона» и «Авито» 8 октября и у «Магнита», «Додо Пиццы», «Вкусно и точка», «Делимобиля» и Dom.ru 11 октября, все эти названия есть в сводных версиях списка. Совпало ли что-то из этого с реальным отключением в режиме белого списка, открытые данные сказать не могут: трекеры сбоев таких пользователей не видят. Зато данные показывают, что к июлю 2026 года, по измерениям, о которых сообщал «Коммерсантъ», без ограничений работала лишь примерно половина мобильных сессий в Москве и области, так что отказавшие сервисы и есть те, до которых миллионы регулярно оказываются сведены.

А что с инструментами, маскирующими VPN-трафик под звонки?

С конца 2025 года в России распространяются открытые проекты, прячущие VPN-трафик внутри того, что сеть видит как видеозвонок на отечественной платформе из белого списка, прежде всего в звонках VK. Для фильтрующего оборудования соединение выглядит как медиапоток звонка на одобренный российский адрес и потому переживает отключения с белым списком, убивающие обычные VPN-подключения. Подход разошёлся по российским техническим форумам волной проектов в марте и апреле 2026 года, сразу после расширения режима белых списков; сами авторы называют технику хрупкой и чреватой блокировкой аккаунтов, а инструменты не раз ломались, когда VK меняла проверочные шаги на платформе звонков, причём VK ни разу не сказала, было ли это целью. Мы сознательно описываем это на уровне категории: без названий инструментов, без механики, и ничто здесь не является рекомендацией. Как документирует наш справочник российских правил о VPN, опубликованные контрмеры государства пока целят в пользователей, приходящих на платформы через VPN, и в арендованные серверы на адресах из белого списка, а не в эти «звонковые» маршруты.

Убил ли удар 18 октября этот обходной маршрут? Нет, и картографию стоит изложить точно, потому что вопрос напрашивается сам. Узлы, через которые идут такие инструменты, стоят в московской сети VK, той самой, что 18 октября потерь не показала, и сообщений об отказах звонков или туннелей после удара не было. Потемневшая петербургская сеть несёт вместо этого основной веб и вход VK. Так что в этот раз удар и туннели не пересеклись. Структурный вывод от этого никуда не девается: каждый такой маршрут живёт в серверных тех же трёх компаний, что и сам белый список, существует, пока это терпят инженеры VK, и теперь делит с ними уязвимость перед кампанией дронов. Лаз, прорезанный в стене огороженного сада, горит вместе со стеной.

Видит ли государство эту хрупкость?

Частями видит, и письменно. За несколько дней до удара по VK рабочая группа правительственной подкомиссии предупредила, в документе, о котором написал Forbes, что фильтрация по белым спискам может отрезать облачные платформы от их собственных компонентов: резервных площадок, систем управления, хранилищ. Это самая жёсткая оценка режима из прозвучавших изнутри системы: по её логике сервер может быть жив и приложение поднято, а пользователи до него не дотянутся, и резервная площадка, которая не открывается из внешней сети, вовсе не резерв. Отраслевой совет, подготовивший предложения, объединение дата-центров, среди учредителей которого Yandex Cloud, попросил защищённый перечень облачных платформ, не подпадающих под изоляцию, и формальную процедуру включения в белый список и исключения из него, которой до сих пор нет. Минцифры ответило, что с позицией знакомо. Ни одна из этих структур удары не упомянула; этого и не требовалось.

Официальный же ответ на сами удары пока состоит из обсуждений в обе стороны и решений ни в одну. Министр цифрового развития Максут Шадаев 12 октября сказал, что его министерство и Минобороны обсуждают военное прикрытие дата-центров, и в тот же день призвал стимулировать строительство на Урале и в Восточной Сибири, назвав 42 строящихся объекта и признав, что в московской агломерации сидит «более 80% всех ресурсов». Неделю спустя нет ни указа, ни законопроекта, ни объявленной ПВО, одни предложения: дата-центры под землёй, резервная «площадка судного дня», льготные кредиты к концу года. Самый острый из уже существующих инструментов: августовский президентский указ, позволяющий вводить временное управление компаниями, которые, по мнению властей, плохо защитились от дронов; отраслевые издания читают его как охватывающий дата-центры.

А цензоры? Нетронуты, как и предсказывала первая часть, и закручивают дальше. Фильтрующая система стоит внутри сетей операторов, на государственном оборудовании, которого больше нигде нет, и удар по дата-центру её не задевает. Единственная новость недели о блокировках указывает ровно в другую сторону: «Коммерсантъ» нашёл в проекте национального плана цель довести эффективность блокировки VPN до 95%, которой, по словам министерства, в актуальной версии уже нет, рядом с бюджетом инфраструктуры фильтрации почти в 90 млрд рублей до 2029 года.

Итог

Белый список продавали как запасной интернет. На практике это серверные трёх компаний с государственной печатью, и за одиннадцать октябрьских дней удары пришлись по всем трём. Машина блокировок не потеряла ничего; огороженный сад потерял две зоны Yandex Cloud, часть стройки под крупнейший суперкомпьютер России и то, что сгорело в Новосергиевке и что VK отказывается описывать. Даже единственный обходной маршрут, прячущийся внутри инфраструктуры самого сада, уцелел лишь потому, что дроны попали в другое здание той же компании. Для российских пользователей урок недели тот же, что и неделей раньше, только с двумя новыми именами: каждое отключение теперь выдаёт им запасной интернет, который сам находится под огнём. Сторону правоприменения мы отслеживаем в справочнике всех российских законов и блокировок, касающихся VPN, с 2017 года, практическую сторону в материале о сентябрьской волне блокировок, а картину по стране на нашей странице о России.